ГОРЧАКОВ Александр Михайлович
ПОСОЛЬСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В АВСТРИЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ
Тел.:+43/1/712-12-29; +43/1/713-86-22
/График работы: 8:30-17:30 / понедельник-пятница

ГОРЧАКОВ Александр Михайлович

ГОРЧАКОВ
Александр Михайлович
Посланник России в Австрии
1855-1856


Светлейший князь (с 1871 г.) А.М. Горчаков (1798 - 1883) — глава русского внешнеполитического ведомства при Александре II, последний канцлер Российской империи (с 1867 г.). Отпрыск княжеского рода Горчаковых. Родился в семье генерал-майора князя Михаила Алексеевича Горчакова и баронессы Елены Доротеи Ферзен, вдовы барона Иоганна-Густава фон дер Остен-Сакена, саксонского посланника в Петербурге. Получил воспитание в Царскосельском лицее, где был товарищем Пушкина. В 1819 г. был удостоен придворного звания камер-юнкера. В 1820—1822 гг. он состоял при графе Нессельроде на конгрессах в Троппау, Любляне и Вероне; в 1822 г. был назначен секретарем посольства в Лондоне, где оставался до 1827 г.; потом был в той же должности при миссии
в Риме, в 1828 г. переведён в Берлин советником посольства, оттуда — во Флоренцию поверенным в делах,
в 1833 г. — советник посольства в Вене. В 1841 – 1854 гг. был чрезвычайным посланником при Вюртембергском дворе, а с 1850 г. - уполномоченным при германском союзном сейме во Франкфурте-на-Майне с сохранением прежнего поста. Там он особенно близко сошёлся с прусским представителем, Отто фон Бисмарком, который был тогда сторонником тесного союза с Россией и горячо поддерживал её политику. Горчаков не разделял увлечений императора Николая I восточным вопросом, и начавшаяся дипломатическая кампания против Турции вызывала в нём большие опасения; он старался по крайней мере способствовать поддержанию дружбы с Пруссией
 и Австрией, насколько это могло зависеть от личных его усилий. Летом 1854 г. Горчаков был переведён в Вену, где сначала временно управлял посольством вместо П.К.Мейендорфа, связанного близким родством с австрийским министром, графом Буолем, а с весны 1855 г. окончательно назначается посланником при австрийском дворе. В этот критический период, когда Австрия «удивила мир своей неблагодарностью» и готовилась действовать совместно с Францией и Англией против России (по договору 1854 г.), положение русского посланника в Вене было крайне тяжелым и ответственным. После смерти императора Николая I в Вене была созвана конференция представителей великих держав для определения условий мира; хотя переговоры и не привели для них к положительному результату. Отчасти благодаря искусству и настойчивости Горчакова Австрия вновь отделилась от враждебных России кабинетов и объявила себя нейтральной. Падение Севастополя послужило сигналом для нового вмешательства венского кабинета, который уже от себя в виде ультиматума предъявил России известные требования по соглашению с западными державами. Русское правительство вынуждено было принять австрийские предложения, и в феврале 1856 г. в Париже собрался Конгресс для выработки окончательного мирного договора. А в апреле 1856 г. министром иностранных дел назначают князя А.М. Горчакова. Тягостные впечатления от крымской войны и венской конференции наложили свою печать на последующую деятельность Горчакова как министра. Его общие взгляды на задачи международной дипломатии не могли уже серьёзно измениться; его политическая программа ясно определялась теми обстоятельствами, при которых ему пришлось вступить в управление министерством. Прежде всего в первые годы пока совершались великие внутренние преобразования необходимо было соблюдать большую сдержанность. Потом князь А.М.Горчаков поставил себе две практические цели — во-первых, отплатить Австрии за её поведение в 1854—1855 гг. и, во-вторых, добиться постепенного денонсирования Парижского трактата. Он дал понять, что Россия не отказывается от права голоса в европейских международных вопросах, но только собирается с силами для будущего: «La Russie ne boude pas — elle se recueille» (Россия сосредотачивается). Эта фраза имела большой успех в Европе и была принята за точную характеристику политического положения России после Крымской войны. Три года спустя князь Горчаков заявил: «Россия выходит из того положения сдержанности, которое она считала для себя обязательным после Крымской войны».