ПОСОЛЬСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В АВСТРИЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ
Тел.:+43/1/712 12 29; +43/1/713 86 22
Экстренная связь: +43/664 886 35 017
/График работы: 8:30-17:30 / понедельник-пятница
15 мая

Владимир Путин и президент Австрии подвели итоги переговоров

В.Путин: Уважаемый господин Федеральный президент! Дамы и господа! Мы рады приветствовать и принимать господина Александра ван дер Беллена и его супругу в России.

Примечательно, что через год в этот день, 15 мая, будет отмечаться 65-летие подписания основополагающего государственного договора между четырьмя державами – победительницами во Второй мировой войне и австрийской стороной по восстановлению независимой и демократической Австрии. Этот документ стал одним из важных элементов послевоенного устройства в Европе, гарантировавших нейтральный статус Австрии и её мирное развитие.

Подчеркну, что на протяжении многих десятилетий отношения между Россией и Австрийской Республикой строятся на основе принципов добрососедства, взаимного уважения и учётов интересов друг друга. Между нами поддерживается интенсивный политический диалог. С господином Ван дер Белленом мы встречались год назад в Вене. Постоянно общаемся с Федеральным канцлером Австрии господином Себастианом Курцем. Вот совсем недавно виделись с ним в Пекине на форуме «Один пояс, один путь».

Сегодняшние переговоры с Президентом Австрии по традиции прошли в дружеской и деловой атмосфере, продемонстрировали заинтересованность России и Австрии в поступательном развитии двусторонних связей. Мы сначала в узком составе, а потом с участием министров, руководителей ведомств, крупных компаний подробно обсудили практически весь комплекс вопросов российско-австрийского взаимодействия, наметили конкретные планы на перспективу.

Австрия – важнейший экономический партнёр России в Европе, поэтому в ходе переговоров уделили большое внимание торгово-инвестиционному сотрудничеству. В прошлом году двусторонний товарооборот увеличился более чем на 40 процентов, почти до шести миллиардов долларов. В начале нынешнего года взаимная торговля выросла ещё на 76 процентов. Объём накопленных российских капиталовложений в экономику Австрии превышает 27 миллиардов долларов, а австрийских в Россию приближается к пяти с половиной миллиардов долларов.

Достижению таких показателей во многом способствует эффективная работа смешанной российско-австрийской комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, заседание, которое состоялось в мае прошлого года на полях Петербургского международного экономического форума. Кстати, делегация из Австрии была на форуме одной из наиболее представительных. Рассчитываем, что и в этом году австрийские предприниматели примут самое активное участие в работе этого форума.

Кроме того, ждём австрийских промышленников на международную выставку ИННОПРОМ и глобальный саммит по производству и индустриализации, которые пройдут в июле в Екатеринбурге. Пригласили приехать на эти важные мероприятия Федерального канцлера Себастиана Курца. Надеемся, что он примет приглашение и возглавит австрийскую делегацию.

Отмечу, что российские и австрийские компании тесно сотрудничают в рамках разных промышленных проектов: в машиностроении, в области высоких технологий, в телекоммуникационной сфере.

В нашей стране действует более тысячи двухсот предприятий с участием австрийского капитала, которые настроены на долгосрочное развитие своего бизнеса в России, увеличение степени локализации производств. Например, компании «РусГидро» и Voith Hydro планируют в июне наладить выпуск оборудования для гидроэлектростанций в Саратовской области. Концерн Gabriel-Chemie строит в Калужской области завод по производству красителей и добавок для пластмасс, а фирмы Green Source и Core Value запускают в Ульяновской области производство компонентов для солнечных электростанций. Упомянутые проекты осуществляются в рамках принятой в 2011 году Декларации о партнёрстве для модернизации. Всего же предусматривается реализация 28 совместных инновационных проектов на общую сумму около трёх миллиардов евро.

Ключевой сферой двустороннего взаимодействия является энергетика. Россия уже более полувека бесперебойно снабжает энергоресурсами Австрию. В прошлом году австрийским потребителям поставлены рекордные объёмы российского газа – свыше 12 миллиардов кубических метров. «Газпром» и OMV реализуют проект по разработке Южно-Русского нефтегазового месторождения, вместе участвуют в строительстве «Северного потока – 2». Мы в России высоко ценим последовательную позицию австрийской стороны в поддержку этого проекта, нацеленного на обеспечение энергетической безопасности всего европейского континента.

Важной составляющей двустороннего взаимодействия являются широкие международные контакты и межрегиональные контакты. В марте текущего года в Вене результативно прошёл День российских регионов, в котором приняли участие 14 субъектов Российской Федерации и более 150 представителей австрийских компаний и федеральных ведомств. Разумеется, не могу не отметить активные культурно-гуманитарные контакты и связи.

В текущем году успешно проходит перекрёстный год молодёжных обменов, призванный помочь молодым россиянам и австрийцам поближе познакомиться с культурным наследием двух стран. Достигнута договорённость о проведении в 2020–2021 годах Года литературы и театра. Профильные ведомства приступили к подготовке насыщенной программы мероприятий по популяризации литературного и театрального искусства, расширению использования русского и немецкого языков.

И конечно, упомяну, что весьма успешно развивается сотрудничество по линии гражданского общества. Сразу после переговоров с господином ван дер Белленом встретимся с участниками учредительного заседания форума «Сочинский диалог», о создании которого мы условились на нашей прошлогодней встрече в Вене. Рассчитываю, что деятельность форума будет направлена на укрепление многоплановых связей между гражданами наших стран в науке, искусстве, спорте, образовании.

И в заключение хотел бы поблагодарить господина Федерального президента Австрии, всех наших австрийских коллег за содержательный и конструктивный диалог сегодня, за конструктивные и содержательные переговоры. Уверен, что достигнутые договорённости положительно скажутся на развитии всего комплекса российско-австрийских связей.

Благодарю вас за внимание.

А.Ван дер Беллен (как переведено): Уважаемый господин Президент Путин!

Большое спасибо за приглашение в Сочи, за такой дружелюбный приём.

У нас были интересные и содержательные переговоры с господином Президентом Путиным и Правительством. У нас была возможность обменяться мнениями, аргументами и разным видением определённых проблем.

У России и Австрии традиционно великолепные отношения, и не только в XXI веке, но и были задолго до этого. Господин Президент упомянул государственный договор 1955 года, годовщина которого сегодня отмечается, 15 мая 1955 года он был заключён в Австрии и, таким образом, провозгласил суверенитет Австрии в продолжение Московской декларации 1943 года. Таким образом, мы можем говорить о долгосрочных австрийско-российских отношениях.

Мы намерены углублять эти отношения в разных областях. И я рад проинформировать господина Президента, что Зальцбургский музей готов возвратить осенью этого года античные объекты искусства, которые были перемещены во время Второй мировой войны из российских фондов. И также, конечно, мы обсудили возможность реституции так называемых еврейских архивов, которые были перемещены во время войны из Австрии в Россию.

Я говорил о разных областях – конечно, это культура и наука и, конечно же, экономика, энергетика в первую очередь, тут тоже сотрудничество насчитывает десятилетия.

В прошлом году мы отмечали 50-летие сотрудничества между концерном OMV и «Газпромом». Видите, это уходит корнями ещё даже в советские времена.

Здесь, в России, Австрия представлена сотнями предприятий и филиалов. Кристоф Ляйтль, бывший президент Экономической палаты Австрии, сказал, что австрийские предприятия приходят сюда, чтобы остаться. Пожалуйста, не воспринимайте это как угрозу, нет, речь идёт о сотрудничестве и взаимных интересах.

Мы говорили о международных отношениях. Например, между Европейским союзом и Россией. Не секрет, что предшественников на Украине раздражали отношения между Россией и ЕС. Я сказал, что я буду рад, если с той или с другой стороны будет какой-то положительный импульс в плане реализации минских соглашений. Но будем реалистами, и сейчас мы должны подождать, как будут развиваться события с парламентскими выборами на Украине в октябре.

Но, как я уже сказал, многолетняя австрийская мантра – это оставаться в диалоге, даже если по каким-то пунктам могут быть разные очень мнения.

И у нас была интересная беседа касательно вчерашнего визита госсекретаря Помпео, в том числе касательно развития событий по иранскому вопросу, что это будет означать для отношений, будет или может означать для отношений между ЕС и Россией и так далее.

Вы знаете, что касается отмены СВПД, здесь высказаны большие сожаления, и, конечно, сожаление о том, какие санкции вводятся в отношении Ирана со стороны США и косвенно в отношении стран – членов Европейского союза.

И я рад, что мы сейчас с господином Президентом Путиным присоединимся к учредительному заседанию «Сочинского диалога». И я очень рад, что этот форум, я всегда борюсь с определением – «гражданское» и «общественное», потому что в первую очередь здесь идёт речь о взаимодействии на очень разных уровнях: культура, искусство, наука, и это может быть и писательство, и музыка, и так далее, это не всегда связано именно с политикой. Я считаю, «Сочинский диалог» должен дальше углублять, укреплять австрийско-российские отношения.

Есть аналогичный форум между Россией и Германией, Россией и Францией. Я воспользовался случаем, и сейчас ещё раз воспользуюсь, пригласить Вас в Зальцбург, господин Путин, на Зальцбургский фестиваль. Мы в следующем году будем отмечать столетие этого фестиваля, в 2020 году. И по случаю этого столетнего юбилея, безусловно, там будут очень интересные пункты программы российского происхождения, это уже зафиксировано. И российский вклад культурный в этот фестиваль – это традиция, поэтому я буду очень рад видеть Вас там.

И большое Вам спасибо ещё раз за приглашение в Сочи, мне было очень приятно познакомиться с чем-то новым. И это не традиционный визит в столицу, это что-то другое. Большое спасибо.

Вопрос (как переведено): Я хотела бы поговорить о беседе с господином Помпео.

Господин Президент Путин, Вы сказали, что у обеих сторон есть интерес восстановить полностью отношения между США и Россией. Какие для этого должны быть условия? И готовы ли Вы к личной встрече с господином Трампом? И что Вы думаете об идее, чтобы эта встреча, саммит состоялся в Вене, где заключалось ядерное соглашение по Ирану?

В.Путин: Вена – хорошее место для проведения переговоров самого высокого уровня, но ближайшая возможность, я так понимаю, у нас будет встретиться с Президентом Трампом в ходе «двадцатки» в Японии. Если американская сторона готова к продолжению контактов в таком, особом режиме – я уже много раз на этот счёт высказывался, – мы открыты для этих переговоров в любом месте, в том числе и в Вене.

А что касается наших двусторонних отношений, то да, действительно, мы обсуждали это и вчера с Госсекретарём, обсуждали совсем недавно с Президентом Трампом по телефону. И могу сказать, во всяком случае, мы так чувствуем, что у американских партнёров есть заинтересованность в том, чтобы восстанавливать отношения. Во всяком случае, и в телефонном разговоре с Президентом, и вчера с Госсекретарём мы обозначили те темы, которые, безусловно, представляют взаимный интерес и не только в двустороннем плане. Ну, скажем, вопросы стратегической стабильности, безопасности в мире, вопросы нераспространения оружия массового уничтожения. У нас в 2021 году заканчивается основополагающий наш договор в этой сфере – СНВ‑3. Нам нужно думать о том, что с этим делать, продлевать его, не продлевать. Если продлевать, то нужно начинать полномасштабные переговоры.

У нас, безусловно, есть общий интерес в сфере урегулирования региональных конфликтов, это касается и Афганистана, это касается Сирии, это касается некоторых других точек. Их достаточно много в мире на сегодняшний день, к сожалению. И без нашего активного участия вряд ли эта работа может быть эффективной. Ну, наконец, северокорейская проблема. Мы заинтересованы в том, чтобы она была решена, причём решена таким образом, чтобы все стороны были удовлетворены результатами этого решения.

Ну, наконец, ядерная проблема и Ирана, и СВПД – это же тоже очень острый вопрос, связанный со всем комплексом ситуаций на Ближнем Востоке.

Поэтому интересов взаимных много. Я полагаю, что у нас и в сфере экономики есть чем заниматься. Я уже вчера говорил, Соединённые Штаты стали крупнейшим производителем нефти, и нам нужно думать о том, как мы влияем на мировой энергетический рынок.

Есть и другие направления. Скажем, хорошо известно, что большинство самолётов «Боинг» производится из российского титана, мы это хорошо знаем, но это мало кто знает в мире. Есть и другие направления, которые представляют взаимный интерес. Поэтому мы открыты. Дело не в нас, дело в наших американских партнёрах. Как они только созреют для этого, как внутриполитическая ситуация у них изменится таким образом, чтобы можно было работать, мы готовы в то же самое время включить всё что нужно с нашей стороны.

Надеюсь, такие условия создаются постепенно, особенно после доклада господина Мюллера, который констатировал, что не было никакого сговора между Россией и действующей администрацией, не было, ещё раз повторю, никакого вмешательства в выборы. Посмотрим, что дальше будет происходить.

Вопрос: У меня вопрос к обоим лидерам: что вы думаете об угрозах США относительно возможных санкций по «Северному потоку‑2»? Может ли австрийская компания OMV покинуть этот проект в связи с такими рисками?

А.ван дер Беллен: Я думаю, что могу сказать, что у OMV нет ни малейшего намерения выйти из проекта «Северный поток‑2». У Австрии нет намерения выйти из проекта «Северный поток‑2». OMV – это австрийский газовый концерн, у них точно нет такого намерения. Мы очень много инвестировали средств в эту вторую возможность транзита газа, и, разумеется, мы останемся при этом.

Если бы американский газ был дешевле, чем сибирский, российский газ, то, может быть, как‑то поменялось бы соотношение. Но сейчас для этого нет причин. Американский сжиженный газ значительно дороже, чем наши теперешние источники. Поэтому нет вообще никакой экономической причины менять свою позицию.

В.Путин: Что касается попыток наших американских партнёров разрушить те или иные договорённости, те или иные проекты – речь идёт и о «Северном потоке‑2», и о некоторых других проектах, – то мы неоднократно об этом говорили, и хочу ещё раз повторить: под предлогом различных политических причин на самом деле предпринимаются попытки недобросовестной конкуренции. Ничего больше за этим не стоит. Да, наши партнёры знают, что их продукт дороже и ничем не лучше по качеству, но тем не менее пытаются навязать своим партнёрам свои услуги и в сфере обороны, и в сфере экономики. Австрия не самая большая страна в мире, но для защиты своих национальных интересов не требуется в данном случае ни ядерного оружия, ни территории. Требуется только политическая воля.

Конечно, компании вынуждены считаться с этим давлением, особенно те, которые работают на американском рынке. Чего здесь скрывать, зависимость большая в современном мире от доллара и от сотрудничества с Соединёнными Штатами. Но это суверенное решение страны либо компании, нашего партнёра. Насколько нам известно, OMV готова работать с нами и в дальнейшем, несмотря на такую попытку недобросовестной конкуренции.

Но мне представляется, что и другие компании осознают свою ответственность перед экономиками своих стран. Это серьёзный вопрос, это стоимость первичного источника. Либо вся энергетика той или иной страны будет стоить дороже, и, соответственно, вся экономика будет менее конкурентоспособна, или нет, или потребители, в том числе бытовые потребители, будут пользоваться более дешёвым продуктом. Это зависит от политического выбора наших партнёров. Мы со своей стороны готовы к тому, чтобы осуществлять этот проект, идти до конца. Мне кажется, что мы его доведём до логического завершения.

С турками легче работать, чем с европейцами. Эрдоган решил и сделал, а здесь нужно 27 стран, чтобы договориться, и годами мы жуём жвачку, и ничего не происходит. Это печально. Но Евросоюз – наш крупнейший торгово‑экономический партнёр. 300 миллиардов долларов – сейчас уже подходим к такому большому рубежу. Раньше, до кризиса, было четыреста, но триста тоже немало. Думаю, что собственный живой интерес к реализации проектов подобного рода, который, безусловно, соответствует экономическим интересам всей Европы, всё‑таки победит.

Вопрос (как переведено): Вопрос господину Президенту Путину и затем господину ван дер Беллену.

За последние дни нарастает напряжение вокруг ядерного соглашения по Ирану. Что могла бы сделать Россия, чтобы спасти этот договор? Кремль заявил, что хотел бы сохранить этот договор. Что можно сделать?

И вопрос господину Президенту ван дер Беллену. Ожидает ли Европа, что Россия спасёт этот договор?

В.Путин: Мы всегда поддерживали этот договор, долго работали над ним вместе с нашими партнёрами. Ключевую роль в подписании этого договора, нужно прямо сказать, сыграл сам Иран. И Соединённые Штаты, мы были рядом, помогали всем участникам этого процесса. И надеюсь, эта помощь была эффективной, если она дошла до своего логического завершения, до подписания СВПД.

Мы сожалеем, что договор разрушается. Наша позиция известна всем партнёрам, в том числе американским. Мы выступали за сохранение этих договорённостей. Иран после подписания договора был самой, до сих пор ещё является самой проверяемой и прозрачной страной в мире в этом смысле. Я лично имел беседу с директором МАГАТЭ, который мне сказал, мне лично говорил – кстати говоря, мы встречались в Сочи, – что Иран выполняет все свои обязательства. Ну что ещё добавить?

Тем не менее американские партнёры наши посчитали: необходимо выйти из этого договора. То, что сейчас происходит, – мы сожалеем об этом. Я неоднократно в разговорах с нашими иранскими партнёрами говорил о том, что, на мой взгляд, целесообразнее было бы для Ирана оставаться, несмотря ни на что, в этом договоре.

Сейчас скажу, знаете, такую недипломатическую вещь, которая, может быть, ранит ухо наших европейских друзей. Вот американцы вышли, договор разрушается, европейские страны не могут ничего сделать для его спасения и не могут реально работать с Ираном, для того чтобы компенсировать потерю в экономической сфере. Но как только Иран сделает первые шаги в ответ, сам заявит о том, что откуда‑то выходит, назавтра все забудут, что инициаторами разрушения были Соединённые Штаты, и вина за всё будет возложена на Иран. И мировое общественное мнение будет целенаправленно туда сдвигаться, в эту сторону. Я иранцам много раз об этом говорил. Честно говоря, не вижу целесообразности для них самих выходить из этого договора. Я сейчас это говорю свободно, открыто, потому что я много раз им об этом говорил в ходе наших переговоров. Но посмотрим, что будет происходить.

Россия не пожарная команда, мы не можем всё это подряд спасать, что от нас в полной мере не зависит. Мы свою роль сыграли, мы и дальше готовы такую же позитивную роль играть, но это зависит не только от нас, это зависит от всех партнёров, от всех игроков, включая и Соединённые Штаты, и европейские страны, и Иран.

А.ван дер Беллен: У меня, к сожалению, есть немного, что можно было бы добавить. МАГАТЭ как минимум 13 раз проверяло Иран, и результаты были такие, что Иран придерживается соглашения по всеобъемлющему плану действий. И санкции со стороны США – это их решение. Это, конечно, не помогает международным отношениям. Без достаточной причины государство выходит из договора – это подрывает веру в договор в принципе.

С европейской точки зрения, особенно провокационен тот факт, как я считаю, что США после выхода из СВПД заявили о новых санкциях против Ирана и параллельно сказали, что все европейские компании, которые будут продолжать сотрудничество с Ираном, тоже будут подвергнуты наказанию. Но тут можно сложить два и два, как это будет работать. Отношения США с определёнными компаниями получаются важнее, чем с Ираном. Евросоюз до сих пор не смог найти эффективный инструмент, чтобы противодействовать этому. Мы этим занимаемся уже примерно один год. Я помню, как Президент Рухани об этом говорил в Вене. Очевидно, это очень трудно – взять и оказать поддержку Ирану. У меня впечатление, что любое дополнительное давление на Иран ещё ухудшит политические отношения. Можно спорить о том, насколько это реалистично, но, на мой взгляд, если США дальше будут оказывать давление на Иран, то это увеличит риск того, что разразится новый кризис, так, как это было с Ираком несколько лет назад, и этого никто не хочет в Европе.

Вопрос: Вопрос и Вам, Владимир Владимирович, и Вашему собеседнику.

Глядя на сегодняшние переговоры, следя за ними, складывается впечатление, что российско‑австрийский диалог заметно отличается от общего российско‑европейского диалога: и цифры растут, и политический диалог куда более активный. В этом смысле насколько мешают европейские санкции российско‑австрийскому сотрудничеству? И, может быть, можно говорить о том, что жёсткая линия в Европе уступает место такому европрагматизму?

Спасибо.

В.Путин: Санкции всегда мешают. Это нелегитимные действия, производимые в обход Совета Безопасности ООН. Только Совет Безопасности ООН может вводить такие ограничения, а всё остальное является нелегитимным, противоречит действующему международному праву. Такова, к сожалению, практика сегодняшнего дня. Мы живём в этих условиях и понимаем, что в одностороннем порядке мы это тоже изменить не можем.

Я много раз говорил, хочу повторить: мы готовы к гибкому поведению, мы готовы на компромисс, мы готовы искать решения любых сложных вопросов и проблем, только не за счёт наших фундаментальных интересов, наших фундаментальных национальных интересов – вот и всё. А так мы достаточно гибки в решении любых вопросов, в том числе и с европейскими партнёрами. В целом у нас, повторяю, товарооборот растёт не только с Австрией, но и с европейскими странами. У нас с США вырос товарооборот в прошлом году на 25 процентов. Правда, там абсолютные цифры ничтожные, маленькие, но всё равно он вырос на 25 процентов. Это, в общем, показатель, тенденция хорошая. И с Европой вырос, вырос ещё больше. У нас до кризиса в наших отношениях был четыреста с лишним миллиардов оборот, а сейчас он достиг трёхсот, в прошлом году был двести. Почти на 80 миллиардов вырос. Так что рост приличный, он примерно соответствует в процентном отношении тому, что мы имеем и с Австрией. Но мы в Австрию просто продаём побольше энергоносителей, они в цене выросли, поэтому ценовые показатели получше.

А что касается промышленной кооперации и так далее, у нас в принципе со всеми странами неплохо развивается: и с Германией, и с Францией, и с Италией. Ну, лучше или хуже, здесь трудно сказать, во всяком случае, мы довольны тем, как развиваются наши отношения. Ну, конечно, было бы лучше, если бы никаких ограничений, связанных с политикой, не было, не было бы в экономике политически мотивированных ограничений. Это всегда мешает, это наносит ущерб всем.

Кстати говоря, нам, может быть, даже в меньшей степени. Десятки миллиардов евро потеряли сами страны Евросоюза, а за этими десятками миллиардов стоят рабочие места, кстати говоря, доходы и заработные платы рабочих, которые работают на европейских предприятиях и которые могли бы поставлять товары на наш рынок, и поставляли бы в большем объёме, чем сегодня. Надеюсь, мы когда‑нибудь возродим весь комплекс наших отношений в первозданном виде и будем двигаться дальше.

А.ван дер Беллен: С точки зрения экономики, я считаю, самое сложное у нас позади. Что касается санкций, вы знаете так же хорошо, как и я, что здесь есть определённые предпосылки политические, ситуация с Крымом и так далее. Сейчас не так просто найти выход.

Как экономист, могу с Вами согласиться, господин Президент: санкции причиняют вред всем. У Австрии поначалу были большие трудности с этим, но сейчас, в последние три-четыре года, мы свои торговые потоки несколько изменили. И раньше мы продавали готовые продукты нашей хозяйственной деятельности – яблоки и так далее, сейчас это технологические ноу‑хау, машины. Ситуация, если на неё смотреть чисто экономически, неудовлетворительная, и я не думаю, что кто‑то будет с этим спорить.

Спасибо.